Река Волга

«Волгой- матушкой» называли русские люди поилицу и кормилицу народную. Самые красивые улицы располагались на её берегах, самые затейливые и богатые дома строили. Вот и улица Норская набережная – одна из красивейших улиц  Норского посада.

Волга придала облик не только Набережной, но и всему Норскому посаду, определили экономику и характер населения. «Для всех нас – это был центр внимания, центр жизни, начиная с детских лет. Весной и летом вся жизнь проходила на Волге. Она у каждого норянина пользовалась и пользуется бесконечной любовью», — писал в своей рукописной книге наш земляк – краевед Георгий  Иванович Курочкин . Родился Георгий Иванович 2 апреля 1875 года на Набережной (дом №21). Вся история Норского и родной улицы, жизнь её обитателей и красавицы Волги – в его записях.

На Норской Набережной стоит храм Благовещения, которому уже более 240 лет. Норская легенда, записанная Георгием Ивановичем Курочкиным гласит, что поссорились жители Норской Набережной с Успенскими, и решили выстроить свой храм. На этом месте, на старинном кладбище стояла часовенка, кладбище перенесли на берег Норы и начали строительство. На загляденье вышел новый храм: небольшой, но самый богатый из трёх посадских  церквей – позолоченный иконостас, «расстрелиевские» колонны, украшавшие его внутри и снаружи, красивая кованая ограда с фонариками. Здесь же хранилась самая почитаемая в посаде икона «Богородица – всех скорбящих радость». Икону эту когда-то привезли из Толгского монастыря и почитали чудотворной.

Именно рыбаки с Набережной выловили и преподнесли Екатерине II 20-ти пудового осетра во время её путешествия по Волге. Обладателя 10-ти пудовой белуги, выловленной тогда же купцом Калашниковым, наградили прозвищем Белугин. Так и записывали его в метрических книгах Благовещенской церкви «купец Калашников, он же Белугин».

Фото Г.Курочкина

Пролетали  века, а красавица Волга по-прежнему несла свои воды. «Обычно Волга оживала и трогалась на Пасху. Не только ребятишки, но и взрослые бежали к воде и умывались, говорили, что это дает здоровье. Несколько дней была небольшая подвижка льда, где-то на четвертый день начинался полный ледоход. На берегу, чуть ли не у самой дороги, с треском вздымались «костры», огромные льдины лезли одна на другую, ломались и опять падали в воду.

 

Помаленьку Волга очищалась, начинались хлопоты жителей улицы. Надо было спустить на воду лодку и осмотреть, не течет ли, а потом поставить у берега «крылену». (из рукописей Г.Курочкина) Это плетеный из ниток на деревянный обруч сетчатый «кувшин», на одном конце узкое горло, а на другом, куда заходит рыба —  широкий раструб.

Таких «крылен» в каждом доме хранилось до 200 штук. Есть они и в музее школы №17.

 

Фото Г.Курочкина                                                                              Музей СОШ № 17

После прохода льда  начиналась навигация. Улица Норская набережная, за  много веков, повидала и бурлаков, и расписные расшивы, влекомые ими, сменившие их коноводные машины и, наконец, пароходы.

Из работы Курочкина[1]: «Пароходы чрезвычайно оживляли Волгу. После начала навигации первыми шли небольшие пароходики купцов Моисеевых – «Александр» и «Мария». Рейсы их были от Костромы до Рыбинска. «Александр» на ходу во всю мочь брызгал колесом и точно задыхался, а «Мария» издавала какие-то плачущие звуки. И мы бежали за ней по улице и в такт ее причитаниям кричали: «Проклятые, замучали!  Сейчас дойду, сейчас дойду!»

Купцы Набережной улицы,  Колчин, Секерин, Голубятников,   торговали лесом и богатели на этом. Покупали дерево на Нижней Волге и гнали продавать дальше на Рыбинск. Среди норян был развит такой промысел, как плотогонство.

Труд сплавщиком, или  как называли их  норяне, сгонщиков,  был поистине каторжным. Частенько приходилось применять бурлацкий труд.

 

 

После ледохода все свободное от ученья время дети проводили на Волге. Скоро с верхов  пригоняли плоты кошевника (дровяной трехполенный лес) или строевого леса и ставили у берега. Ребята бегали по ним, ловко перепрыгивали через разрывы в плотах,  ловили рыбу  и раков. Раков в те времена было много. Плели рачни (обручи с переплётом из мочалы и обтянутые мережей), клали в них приманку и камни и отпускали с плотов в воду. Через пять-десять минут рачни, наполненные чёрными, шевелящимися раками, вытаскивали. В июле, когда представители рачьего племени меняли шкуру, ловили их под камнями прямо руками. Быстро налавливали полведра и тут же ее варили.  Мальчики проводили здесь целые дни, купались до бесконечности, не успевали просыхать волосы.  В воде пребывали так долго, что потом сидели на горячих камнях, дрожали и старались согреться на солнышке.

Фото Г.Курочкина

Наступала осень. Осенью и зимой в праздник молодежь улицы устраивала вечеринки с танцами под гармонь, с различными играми. Кавалеры вскладчину снимали у кого-нибудь две комнаты попросторнее, нанимали за два-три рубля гармониста, приглашали барышень и веселились до трех-четырех часов утра. Угощение составляли чай с дешевыми конфетами и пряниками.

Дети развлекались по-своему. «Волга – холодная, серая, хмурая нас уже больше не привлекала. Одним из любимых занятий было набрать на берегу, на приплеске, то, что выбросила Волга, развести огонь и греться у огня». Короткий день и непогода загоняли на дворы. Любимая игра детей была в «застукалки», наподобие наших пряток. «Из нашей компании в пять-шесть человек один «водил», его обязанностью было искать спрятавшихся товарищей. Пока он ищет кого-нибудь в кустах за дровами, другие бегут к заранее выбранному месту и здесь по чему — нибудь колотят палкой». 1 сентября начиналось учение в норском училище.

 

Литература:  Моя родина – Норский посад: Сборник. Ред. и подготовка текстов А.М.Рутман, Л.Е.Новожилова, коммент Г.В.Красильников, А.М.Рутман – Ярославль: Издательство А.Рутман, 2005. – (Серия «Граждане Ярославля»). – 431 с.